Новость: Брюс Доубиггин. ИГРА ЗА ДЕНЬГИ. Удивительный взлет и падение Боба Гуденау и Ассоциации Игроков НХЛ
(Категория: Новости команды)
Добавил Отдел переводов
Friday 11 February 2011 - 14:06:45

Не простой Джо
В сентябре 1997 г. мозговой центр клуба Boston Bruins сидел на трибуне Ristuccia Memorial Arena в городе Уилмингтон. Массачусетс, во время тренировочного сбора. Эти хоккейные люди наблюдали за стройным новичком с кудрявыми светлыми волосами, выбивавшимися из-под шлема. Мишки (Bruins) оказались худшим клубом НХЛ предыдущего сезона, и остались вне плэй-офф впервые за тридцать лет. Их надежды на возвращение к жизни возлагались на плечи Джо Торнтона, долговязого центра, только что справившего восемнадцатилетие. Под взглядами съемочной группы помощник генменеджера Майк О'Коннелл повернулся к своему боссу, Хэрри Синдену. Брови О'Коннелла были нахмурены из-за тревоги по поводу выступлений Bruins и игрока, выбранного первым на драфте НХЛ 1997 года.

"Он постоянно имеет моменты, и постоянно промахивается," – сказал O'Коннелл, в то время как камеры продолжали накручивать видеоматериал для документального фильма The New Ice Age (Новый ледниковый период). "Он не попадает в ворота." Синден молча кивнул. O'Коннелл продолжал: "Я говорил Чизи (Cheesy – бывший вратарь клуба, Джерри Чиверз, теперь работавший комментатором), что нам следует снять фильм про Эллисона, показать его Торнтону и сказать: 'Вот, чем ты станешь, если не соберешься.'"
Джэйсон Эллисон, подобно Торнтону, был большим центральным нападающим наступательного плана из лиги OHL и, выбранный в первом раунде Вашингтоном, обернулся полным разочарованием. Хотя у него вот-вот, в сезоне 1997 года, должен был наступить прорыв, имя Эллисона в представлении O'Коннелла, Синдена и их людей было синонимом провала. Торнтон, единодушный номер 1 драфта, состоявшегося пару месяцев назад, теперь казался обреченным на такую же судьбу. Перед людьми, поставившими на него свои репутации, Торнтон предстал не сконцентрированным и не в форме.
Тусклую игру Торнтона еще более болезненной делало то, что вытворял другой хоккеист, выбранный Мишками в первом же раунде драфта, но чуть позже – Сергей Самсонов. Приземистый и скоростной Самсонов приехал на сбор без контракта, страстно желая доказать, что он заслуживает таких же денег, какие получил Торнтон по своему контракту новичка. Отыграв предыдущий год в IHL, молодой русский спринтер выглядел, как многообещающий многомиллионный хоккеист. Торнтон же, призванный заполнить зрительские места на арене Fleet Center в Бостоне, выглядел как недоразумение. «Быстрый маленький бесенок, а?» - сказал O'Коннелл Синдену, когда они наблюдали за Самсоновым. «Отличная игра. Бог ты мой, какая игра! Нет, ты видел, как он сыграл?»
Драфт любителей в НХЛ – мероприятие, строящееся на предположениях, в лучшем случае. Первые номера (Джо Мёрфи, Грег Джоли, Даг Уикенхайзер) иногда схлопываются, в то время как нераспиаренные пареньки из более поздних раундов оказываются в НХЛ. Это – риск, принимаемый при оценке таланта, который полностью не расцветет и через пять лет. Для Мишек, однако, посредственность Торнтона представлялась чем-то большим, чем просто плохой выбор на июньском драфте. Да, им было необходимо восстановить свое привычное место в плэй-оффе. Но у них также была дорогая новая арена, Fleet Center, построенная в тени Boston Garden, с местами, которые надо было заполнить. Для этого требовалось притяжение звезды, вроде такой, какой обещал стать Торнтон. Но сейчас, на дымящемся льду Ristuccia Arena, он выглядел совершенно обычным игроком, и более старшие хоккеисты обращались с ним, как со школьником. Мог ли Самсонов, европеец, заставить скептически настроенных жителей Новой Англии расстаться со своими деньгами в обмен на персональные абонементы и сувениры? Едва ли. Но Торнтон…
Еще большей тревогой для Синдена (президента и генменеджера Брюинз со времен начала карьеры Бобби Орра) был контракт, который он дал Торнтону, чтобы удержать его от возвращения в юниорский хоккей. За три десятилетия в НХЛ Синден заработал репутацию переговорщика, который расставался с деньгами своего босса только под угрозой насилия. Вспомните любой анекдот про скрягу, и окажется, что хоккеисты применяли его к Синдену. Даже великий защитник Рэймон Бурк не смог выбить свою истинную рыночную стоимость из Синдена. Заниженный ориентир, установленный Бурком, топовым игроком обороны в НХЛ, на годы притормозил зарплаты всех оборонцев НХЛ. Синден всегда был первым из тех, кто осуждал инфляционные контракты.
Для Торнтона, впрочем, Синден предстал изменившимся человеком. «Все в лиге думали: отлично! первая большая сделка под новым потолком для новичков, и ехать ему надо в Бостон, ну, он там получит!» - вспоминал Синден годы спустя. «Все ждали, что мы отправим Джо Торнтона восвояси. Но я сказал Майку О'Коннеллу: ‘Мы подпишем этого парнишку, мне наплевать.’ У нас был провальный сезон, завершившийся, наконец, и у нас появился шанс получить игрока, который, по всеобщему мнению, был следующим великим. Вот что происходило со всеми другими клубами, или со многими из них: ‘Мы поступим так, как того желаем. К черту Бостон.’ В случае с Торнтоном я сказал: ‘давай, подписываем его, чего бы это ни стоило.’
И он подписал-таки Торнтона, на три года по 925.000 долларов в год – максимум, разрешенный по коллективному договору 1995 года. С этим (типовым контрактом) - никаких проблем. Дьявол скрыт в деталях, а именно – в бонусах. Коллективный договор описывает 11 показателей для премиальных выплат новичкам (для вратарей – 5). По списку А, как его называют агенты, проходят обычные голы, передачи, очки и голоса за приз Колдера. Переменные показатели включают игровое время, плюс-минус и статистику при игре в неравных составах. Образцом для лучших перспективных игроков до Торнтона был контракт, подписанный Джэромом Игинлой с Калгари. Он устанавливал отметки в 50.000 долларов за 20 голов или 35 передач или 60 очков для хокккеиста-первогодка. Майк Гарнетт, агент Торнтона, взметнул размер выплаты до 250.000 долларов. Если Торнтон достигнет показателей по всего двум из шести согласованных категорий в свой первый сезон, то получит 1,8 миллиона разовых бонусов по итогам сезона. Или, во втором сезоне, ему придется достичь трех из шести, чтобы срубить 1,8 миллиона; или четыре из шести в третьем. Синден и Барнетт также договорились, что бонусы будут автоматически продляться, что позволит развивающемуся Торнтону накапливать их в течение трех лет. Если бонус будет получен, на следующий сезон Торнтон уже не мог бы получить бонус этой же категории. Суммарно сделка могла принести в среднем 2,25 миллиона долларов за сезон – сумму, выбитую у Сенаторов Дэглом по контракту, который подвергся суровой критике Синдена в 1993 году.
Синден был – и остается – человеком, не прибегающим к оправданиям. «Я говорил им: ‘Отныне мне наплевать, что будет происходить с вами из-за этого контракта. Я дал возможность всем хоккеистам размахнуться на годы вперед, потому что мне им не платить. Я пытался выработать партийную линию, сдерживать зарплаты. Но вы подписывали своих игроков за любые деньги.’ Теперь они могут вывалять меня в дегте и перьях. Я получил шанс на лучшего игрока со времен Линдроса, и он пришелся реально ко двору: он заполнил арену. Все возбуждены. Мы не собирались подписывать его за бесценок. Мы не могли рисковать тем, что он вернется на драфт».
Синден дал этот новомодный контракт не только Торнтону, он, в конце концов, дал такой же и Самсонову. «Я не скрывал этого факта от комиссара. Я был настроен сделать это великое дело.» Синден позволяет себе ироничный смех. «Он был разочарован, когда я сказал ему об этом. Но он ведь не руководит каким-нибудь клубом.»
Агент Рик Каррэн считал, что в резком развороте позиции Синдена было нечто большее, чем было видно на первый взгляд. «У него с (бывшим защитником Брюинз) Элом Айэфрэйтом были довольно уникальные взаимоотношения,» - вспоминает Каррэн. «И ему поручили отстаивать (интересы лиги) в арбитражном разбирательстве и сказать Айэфрэйту, чтоему не будут платить, из-за травмы. Не думаю, что Хэрри хотелось это выполнить. Позже мне рассказывали, что он был сильно раздражен, из-за того, что ему пришлось делать все это за лигу. Ему эта ситуация не нравилась.»
Синден не сразу поддался своекорыстному шкурному интересу в случае с Торнтоном. «Зловещей» была его первая оценка новой бонусной модели Барнетта. «Я принес это почитать домой и не знал – вникать ли мне в нее или выбросить.» Барнетт постоянно твердил, что дело выгорит, если Торнтон сыграл бы на уровне, достигнутом очень немногими восемнадцатилетними хоккеистами. Для уязвимого генменеджера, такого, как Синден, результат был неизбежен. Потолок входных контрактов для новичков был бумажным тигром; структура бонусов, предложенная Барнеттом, гарантировала бы, что новички – по крайней мере, заигравшие – получали бы столько же, сколько Линдрос и Дэгл.
«В типовом контракте предусмотрен бонус для игрока, входящего в девятку лучших форвардов клуба,» - подчеркивает агент Ритч Уинтер. «Но вы не будете подписывать 18-летнего игрока, если он уже не входит в вашу топ-девятку. Так что, эта оговорка дает почти автоматический бонус 18-летним парнишкам в слабых командах. И в свой первый год ему остается достичь всего лишь еще одного показателя, чтобы заработать сезонный бонус.»
Синден был согласен платить Торнтону большие доллары – если б он заиграл. И все же, ему было трудно улыбаться, находясь в ситуации вынужденного компромисса. «Я думаю, одной из проблем для людей, принимающих такие решения, является собственная безопасность,» - признает Синден. Они занимают ту позицию, что будет намного лучше держать этих хоккеистов на льду ради них самих, чем выдерживать свою линию и остаться без плэй-офф. Такова человеческая природа. У меня такой проблемы не было. Мои отношения с владельцем клуба были таковы, что я не опасался, что он меня уволит в зависимости от того, подпишу я Торнтона или нет. Но у многих других менеджеров – можете себе представить.»
«Бостон хотел Джо,» - вспоминает Барнетт, ныне управляющий клубом Phoenix Coyotes от имени Уэйна Гретцки, совладельца Койотов. «Хэрри был очень открыт на этот счет. Они хотели, чтобы Джо удовлетворил интерес болельщиков, а также и помог на льду. Однако, было очень вероятно, что, с (новым тренером) Пэтом Бёрнсом и его понятиями о постепенном вводе новичков, в первый сезон Джо будет играть преимущественно маркетинговую роль.» Ограниченное игровое время означало, что у этой звезды команды Sault Ste. Marie Greyhounds было мало или никаких шансов заработать бонусы и премии, которые вывели бы его сверх среднего максимума для новичков. Даже самые великие таланты находятся под слишком тяжким прессом, чтобы 18-летними юнцами процветать в противостоянии с мужиками из НХЛ.
«Если вы посмотрите на Бриана Берара,» - говорит Барнетт о хоккеисте, выбранном Оттавой под № 1 в 1995 году, - «он отправился неподписанным обратно в юниоры, затем вернулся 19-летним, окрепшим, более опытным и уверенным в себе. Он выиграл Колдер-трофи лучшего новичка НХЛ после обмена к Островитянам. Вероятность выигрыша Джо Торнтоном приза Колдера в 18-летнем возрасте была мала, еще меньше была вероятность достижения им какого-либо из минимумов (20 голов, 35 передач, 60 очков). Только пять хоккеистов сумели сделать это в год своего драфта, парни вроде Айзермана, Тёрджена, Линдроса.»
Барнетт сказал клубу, что Торнтону лучше отправиться обратно в юниорскую лигу, затем вернуться в возрасте 19 лет, когда у него была бы более реальная попытка добиться бонусов. Но Брюинз хотели Торнтона, отчаянно, именно сейчас, в нужное время, даже при том, что он не был готов. «Поэтому я сказал им, что, если он начнет выступать в 18 лет, надо дать ему вторую попытку заработать бонусы в 19 лет, когда у него обоснованно будет шанс добиться успеха. Через переговоры мы смогли прийти к тому, что, чего он не получит в первый сезон, он мог бы получить во второй или третий. Так можно было дать Брюинз так нужную им гарантию по негарантированной зарплате.»

Перевод Искандера Балтырова

все части книги



Источник этой новости Сайт болельщиков ХК Салават Юлаев
( http://www.hksalavat.ru/news.php?extend.1177 )