Новость: Брюс Доубиггин. ИГРА ЗА ДЕНЬГИ. Удивительный взлет и падение Боба Гуденау и Ассоциации Игроков НХЛ
(Категория: Новости команды)
Добавил Отдел переводов
Tuesday 09 November 2010 - 10:59:17

В ходе своих первых встреч в лиге Гуденау дал понять, что он не простак. Увидевшись с ним на массачусетском курорте летом 1990 года, один сотрудник НХЛ описал бывшего капитана гарвардской команды как "обращенного в себя, угрюмого и без юмора". Конечно, рядом с говорливым, бестактным и шумным Эланом Иглсоном даже Джерри Льюис (американский комедийный актер, певец, писатель и пр. - прим.пер.) предстанет интравертом. Если драматические перемены в стиле не поразили владельцев клубов, то высказывания Гуденау неделю спустя на симпозиуме спортивных агентов определенно поразили.

На вопрос о ходе переговоров по новому коллективному договору Гуденау отметил, что лига предложила провести встречи зимой 1990-91 г.г. «Если бы они спросили меня", - сказал Гуденау собравшимся, "Я бы сказал им не беспокоиться, так как по 98 процентам коллективного соглашения договариваются на одиннадцатом часу того дня, когда истекает срок предыдущего договора". Если бы они еще не дали ему прозвище, (боссы) НХЛ могли бы пришлепнуть Гуденау кличку "Одиннадцатый Час". (Зиглер и компания уже приклеили прозвище Jingle Nuts (что-то вроде «бубенцовый чудак») своему противнику.)
Прозвище "Одиннадцатый Час" подходящим образом описывает стратегию Гуденау для переговоров 1991 года о КД. Иглсон, вероятно, провел бы зиму в своем торонтском офисе, испуская завуалированные угрозы и возвышенные обещания через СМИ, чтобы отречься от них в решающий момент переговоров. Но Гуденау проводил время в разъездах, встречаясь с хоккеистами, устанавливая каналы связи, взращивая понимание актуальных вопросов и необходимости настоящей угрозы забастовки. БОльшая часть этой работы состояла в укрощении страхов и опасений его консервативных подопечных – членов профсоюза. "Большинство хоккеистов - канадцы", - объяснил однажды ныне покойный Карл Брюэр. "Мы вежливы до чрезмерности. Мы не хотим раскачивать лодку. Поэтому мы позволяем типу вроде Иглсона играть на наших страхах, пока мы не перестаем понимать – что правильно и что неверно".
"Парни просто боятся", - соглашался Эд Олчик, тогда игравший за Листьев. - "Когда так долго играешь только в этой лиге, не хочется злить этого парня". Для Дэнни Гэера, поигравшего за Баффало и Детройт, дело заключалось в доверии. "НХЛ, Элан Иглсон – это были великие имена, еще когда ты был молодым хоккеистом, и ты думал, что все, должно быть, делалось правильно".
Гуденау сумел перевести эти страхи и опасения в братство за общее дело, в нечто, не существовавшее в четвертьвековое нахождение Иглсона у власти. "Одним из преимуществ Боба было то", - говорит Райли, - "что, будучи родом из своего хоккейного прошлого, он понимал, что такое команда, что происходит в раздевалке, реакцию на хороших лидеров. Он был из тех парней, с кем можно было б выпить пива. Это – огромное преимущество. Он понимал, что такое хоккеист".
Гуденау приступил к преодолению бессистемного и безразличного управленческого стиля Иглсона. Ушли необученные офисные администраторы вроде Сэма Симпсона и иглсоновского бухгалтера Марвина Голдблэтта, которые вели большую часть офисной работы. После обширных консультаций с Доном Фером и Ассоциацией Игроков Главной Бейсбольной Лиги ("Кадиллак среди спортивных профсоюзов" – так называет его Гуденау). Гуденау нанял обученных экономистов, юристов и маркетологов в постоянный штат АИ НХЛ. И он стал принимать во внимание знания и опыт хоккеистов, впервые за четверть века истории профсоюза.
"В первые годы в окружении Боба были очень хорошие люди", - говорит Райли. "Энди Муг, Келли Миллер, Майк Гартнер, Майк Льют, Стив Айзермэн, Джо Ньюиндайк, Даг Уилсон – надежные, командные до мозга костей парни. А Кен Баумгартнер был серьезно недооценен. Послушать этого тафгая на совещании, формирующего цели и задачи, - так не удивишься, что он сейчас стал выпускником школы бизнеса в Гарварде".
Гуденау признавал, что АИ НХЛ не имела средств, чтобы вынести долгую забастовку, после многих лет финансирования только за счет членских взносов. Он призывал хоккеистов откладывать деньги с каждого зарплатного чека в качестве целевых средств на забастовочную войну 1992 года, и приступил к поискам новых источников дохода. Одним из них стало групповое лицензирование, в частности, - деньги от продажи карточек, прежде игнорировавшийся клад, в других видах спорта становившийся золотой жилой. Когда Гуденау пришел в АИ, хоккеисты имели право продавать свой образ для торговли карточками, но им приходилось платить 50 % поступающих денег в НХЛ, за использование ее логотипа и форм. Согласованные усилия в этой области, считал Гуденау, могли бы принести миллионы в забастовочный фонд.
"Помню, как он пришел ко мне в офис в Лос-Анжелесе", - рассказывает Майк Барнетт, - "и говорит: 'Среди первых дел, которые нам надо сделать – увеличить приток доходов от наших программ группового лицензирования.' Он хотел, чтобы я подписал Бретта, Уэйна и еще несколько звездных игроков в программу группового лицензирования. До того момента я удерживал их от участия, поскольку 40 процентов с топовых спортсменов идет Licensing Group of America. Я просто не считал эту цифру надлежащей. Поэтому я сказал: 'Боб, если ты можешь отвязаться от отношений с LGA и взять (этот бизнес) себе в профсоюз, тогда ты получишь моих парней'. Он так и сделал, и все закончилось судебным разбирательством. Но он таки заполучил его, в конце концов, и мы включили в программу наших игроков, и через несколько лет это привело к таким миллионам, каких АИ никогда в руках не держала. Вот такие дела Боб проводил – очень активные и практичные".
Гуденау также показал хоккеистам, что НХЛ оставила себя уязвимой перед забастовочными действиями во время игр на вылет. По контрактам НХЛ денежное содержание выплачивается в ходе регулярного чемпионата; единственное, что игроки зарабатывают во время матчей плэй-офф, это – бонусы, зависящие от того, как далеко клуб продвинется. Благодаря иглсоновскому небрежению, эти бонусы были микроскопическими. В 1992 году хоккеист – обладатель Кубка Стэнли – мог рассчитывать на 25 тыс. долларов за шесть недель самой тяжелой и самой опасной игры за весь год.
Для хозяев же, наоборот, игры плэй-офф были очень прибыльными. Согласно собственному Объединенному Операционному Отчету НХЛ (который составляется в смешанных канадских и американских долларах), лига получила прибыль в 29 миллионов во время плэй-офф сезона 1990-91 г.г., и 24 миллиона – в ПО 1991-1992. В эти цифры не входят доходы от роскошных лож, сувенирных продаж и набортной рекламы – других существенных источников заработка. Не входят сюда и прибыли вспомогательных компаний от парковки, концессий и прочих генераторов дохода. Гуденау убедил игроков, что, если недокапитализированной АИ НХЛ суждено когда-либо реализовать свою угрозу забастовки, то канун матчей на вылет был бы идеальным для этого временем.
Иглсон никогда не озабочивался необходимостью обучать хоккеистов культуре трудовых переговоров. Он предпочитал, чтобы те проштамповывали сделки, которые он обговаривал с Уирцем на его яхте или с Зиглером в номере отеля.
«В прежние времена», - говорит Рик Каррэн, - «если у какого-либо парня был вопрос, он чувствовал себя неуютно, потому что, если бы встал и спросил, то Эл, вероятно, наорал бы на него и велел сесть. Теперь, я знаю, все мои клиенты без какого-либо дискомфорта идут на собрание. Они не стесняются и не боятся задать вопрос. К его чести, Боб поощрял нас к тому, чтобы мы не только обеспечили своим клиентам комфортную обстановку для вопросов, но и возложил на нас обязанность привлекать их к участию. Он признал ценность обучения хоккеистов, чтобы и они играли свою роль. Это единственный, самый важный фактор: что игрок знает, что он делает и почему».
На этом фоне, Гуденау предстояла огромная работа по переубеждению хоккеистов, чтобы они действовали за себя. «Игроки не имели никакого отношения к планированию и нюансам работы профсоюзной организации», - говорит бывший вратарь Майк Льют, в то время бывший сотрудником АИ НХЛ. «Я всегда помню то, что мне сказал один бизнесмен. ‘Бизнес не начинается и не заканчивается шестидесятиминутными интервалами.’ На трудовые переговоры могут потребоваться дни и недели, и иногда в результате ничего не получаешь. Хоккеисты приучены ежевечернее играть матчи, в которых всегда бывает конкретный результат. Боб был великолепен в развитии понимания вопросов, их планировании и разъяснении».
Учеба от Гуденау принесла свои дивиденды, когда весной 1992 года переговоры приблизились к своей развязке. «Главный вопрос был – отставить в сторону свои имена и лица, карточный вопрос», - говорит Майк Гартнер. «То было нечто большее, но они считали, что, если ты надел рубашку клуба, они уже имели полным контроль на тобой, твоим именем и твоим лицом, и как ими торговать. Для меня было так легко разъяснить этот вопрос и жестко отстаивать свою позицию, что особых дебатов не было».
В то время как Иглсон и его энхаэловское руководство считали, что Гуденау долго не протянет, появились признаки того, что его образовательный процесс имел последствия. Обнаружив, что их патриотические усилия в прежних международных турнирах просто избавили НХЛ от ее обязательств перед пенсионным фондом, многие хоккеисты проигнорировали старания Иглсона привлечь их к матчам на Кубок Канады 1991 г. Иглсону пришлось уговаривать Уэйна Гретцки сыграть за Канаду, в надежде, что другие отказники последуют за ним. И все равно, Рэй Бурк и несколько других звезд от участия в этом турнире отказались.
Кроме того, хоккеисты стали предавать гласности свои опасения по поводу неразберихи в АИ НХЛ. Сначала в книге «Чистая стоимость» была раскрыта настоящая история бизнеса под названием НХЛ; затем разоблачения Расса Конвэя в Eagle-Tribune (Лоуренс, Массачусетс) (и позднее - в книге «Неспортивное поведение») и телевизионные расследования компании Си-Би-Си сорвали маску с Иглсона. В них использовались смелые показания таких хоккеистов, как Энди Муг, Пэт Вербик, Марти Максорли и Джим Корн, а также группы закончивших свои карьеры игроков во главе с Карлом Брюэром. Ясное дело – сообщения о неправедных действиях Иглсона произвели эффект за пределами арены. Министерство юстиции и ФБР объявили, что они расследуют то, как Иглсон руководил АИ, международными проектами и своим агентским бизнесом, в поисках документов в офисы НХЛ и АИ НХЛ нагрянули сотрудники ФБР, а в Бостоне вскоре было созвано большое жюри присяжных для заслушивания показаний о возможных преступлениях. Для многих хоккеистов было откровением увидеть, как человек, их запугивавший, теперь бегает сам испуганный перспективой обвинений в рэкете.

Перевод Искандера Балтырова

все части книги



Источник этой новости Сайт болельщиков ХК Салават Юлаев
( http://www.hksalavat.ru/news.php?extend.1165 )